На что рассчитывает Лукашенко в «большой сделке» с США и Трампом

Александр Лукашенко рассказал, как он понимает «большую сделку» с США. По его словам, вопрос политзаключённых и санкций — лишь второстепенная деталь. Ради чего он на самом деле готов торговаться с Дональдом Трампом?

В беседе с телеведущим Риком Санчесом на российском канале RT Александр Лукашенко подтвердил, что разговоры о «большой сделке» с США ведутся уже давно. Он подчеркнул, что личная встреча с Дональдом Трампом для него не самоцель: «Скажу откровенно, приятно было бы увидеть этого человека с глазу на глаз и пожать ему руку, но это не самоцель, это не главное. Надо понимать, что, кроме того, что мы обыкновенные люди, которые хотят общаться и поздороваться, познакомиться друг с другом, мы ещё и президенты, поэтому встреча должна быть подготовлена».

О том, чего именно Лукашенко ожидает от возможной «большой сделки» с Вашингтоном, рассказывают эксперты.

Лукашенко рассчитывает, что до заключения «большой сделки» Белоруссии и США стороны подготовят для подписания специальное соглашение. По его словам, поездка в США не должна выглядеть как встреча «вассала с императором»: «Это не какая‑то напыщенность, это не петушиная политика, нет, это политика реального президента, который уважает собственный народ. Я готов к этой встрече, мы готовы, мы готовы и к сделке, но её нужно подготовить, чтобы там были интересы и США, и Беларуси».

Он также утверждает, что ошибочно сводить интерес Вашингтона к освобождению политзаключённых в Белоруссии в обмен на отмену санкций. По мнению Лукашенко, «политзаключённые, санкции — это мелочь», а в центре «большой сделки» должны оказаться куда более широкие вопросы, которые предстоит урегулировать.

Экс‑дипломат, глава Агентства евроатлантического сотрудничества Валерий Ковалевский считает, что для Лукашенко возможная поездка в США имеет принципиальное значение. По его словам, такая встреча с президентом США в формате полноценных переговоров стала бы для белорусского руководителя «пиком политической карьеры».

Ковалевский подчёркивает, что такая встреча важна и в нынешнем контексте, в котором живёт страна: «Есть угроза суверенитету и независимости. Продолжается война, существуют сценарии, при которых Россия может попытаться втянуть Беларусь в военное противостояние не только с Украиной, но и с государствами Запада. Для Лукашенко крайне важно, чтобы визит в США состоялся и позволил отстоять его собственные интересы, которые, конечно, заключаются в сохранении личной власти в Беларуси. Но чтобы этой властью пользоваться, ему приходится думать и о том, как укреплять суверенитет страны».

Политолог Валерий Карбалевич убеждён, что Лукашенко интересует весь комплекс возможных выгод — от отмены американских санкций до сделок по белорусскому калию. По его словам, за счёт таких соглашений Минск надеется обойти европейские ограничения и, прежде всего, восстановить доступ к Клайпедскому порту, через который до санкций шёл транзит белорусских калийных удобрений. «Зацепившись за калий как за одно звено, вытащить всю цепь», — так описывает эксперт подход белорусских властей. Важной задачей он называет и попытку прорвать дипломатическую изоляцию на западном направлении, поскольку страны ЕС не признают Лукашенко президентом Белоруссии, а для него принципиально важно добиться признания и легитимации со стороны западных столиц.

Историк и политический обозреватель Александр Фридман полагает, что в рамках «большой сделки» может обсуждаться весь спектр шагов по нормализации отношений. Среди возможных элементов он называет возвращение посла США в Белоруссию, возобновление прямого авиасообщения и различные экономические проекты. По мнению эксперта, Лукашенко заинтересован в американских инвестициях и хочет использовать обмен освобождения политзаключённых на снятие санкций как стартовую площадку для более масштабных экономических договорённостей.

Контакты между белорусскими властями и администрацией Дональда Трампа продолжаются больше года. За это время были освобождены несколько групп политзаключённых, а США частично сняли санкции с белорусских калийных удобрений, авиакомпании «Белавиа», ряда банков и Минфина. Однако ключевая «большая сделка», предполагающая освобождение всех политзаключённых, пока так и не состоялась.

По словам Валерия Карбалевича, сейчас не вполне ясно, кто тормозит процесс. «Переговоры очень закрытые. Возможно, если бы Лукашенко пошёл на более решительные шаги по освобождению политзаключённых, это позволило бы ускорить договорённости», — предполагает он.

Валерий Ковалевский считает, что ближайшие несколько месяцев — это окно возможностей, в которое Лукашенко следовало бы постараться довести переговоры до финала. Он связывает это прежде всего с внутриполитической ситуацией в США и подготовкой к промежуточным выборам в Конгресс: когда кампания войдёт в активную фазу, у Трампа и его команды, по мнению экс‑дипломата, будет значительно меньше времени на белорусскую повестку. При этом Ковалевский подчёркивает, что многое зависит от способности Лукашенко и его окружения идти на уступки и компромиссы.

Александр Фридман отмечает, что Лукашенко понимает: диалог со стороны США стал возможен лишь после того, как Вашингтон увидел в нём потенциально полезный фактор в контексте урегулирования конфликта вокруг Украины. Вместе с тем внешнеполитическая обстановка меняется настолько быстро, что любое соглашение может быть перечёркнуто новыми событиями — будь то война с участием США и Израиля против Ирана, охлаждение отношений между Вашингтоном и Пекином или новая конфронтация между США и Россией. В таких условиях, подчёркивает эксперт, затягивать переговоры и ждать более выгодного момента может оказаться рискованно, поэтому Лукашенко имеет стимул постараться заключить сделку как можно раньше.

По оценке Валерия Карбалевича, Лукашенко хотел бы включить в «большую сделку» широкий набор политических вопросов. Среди них, по словам политолога, и своего рода гарантии со стороны США, что с ним не повторится судьба Николаса Мадуро в Венесуэле или верховного лидера Ирана Али Хаменеи.

Эксперт напоминает, что американская администрация продемонстрировала готовность к очень жёстким действиям, когда считает ситуацию принципиальной. Вероятность того, что Лукашенко окажется в положении Мадуро, Карбалевич оценивает как невысокую, но, по его словам, «у страха глаза велики». Он обращает внимание на слова спецпредставителя президента США Джона Коула, который после переговоров в Минске говорил, что белорусского лидера «до чёртиков напугали» события в Венесуэле и Иране.

Валерий Ковалевский, в свою очередь, считает, что говорить о каких‑либо гарантиях безопасности со стороны США пока преждевременно. Он напоминает, что Лукашенко остаётся главным образом союзником России, а не Соединённых Штатов, и ожидать, что Вашингтон возьмёт его «на баланс», было бы завышенным ожиданием.

При этом экс‑дипломат допускает, что если сделка всё же будет заключена и появятся новые договорённости, способствующие нормализации отношений, то в более отдалённой перспективе разговор о гарантиях не исключён. Однако, по его мнению, Москва вряд ли готова смириться с тем, что роль гаранта безопасности Лукашенко перейдёт к Вашингтону.